На фоне сохраняющегося дефицита ликвидности в российском банковском секторе всё больше внимания привлекает положение крупнейших кредитных организаций. По данным Банка России, на 25 сентября структурный дефицит ликвидности составлял 3,07 трлн рублей, а совокупные требования ЦБ к банковскому сектору — около 6,85 трлн рублей.
В Сбербанке ранее прямо связывали напряжённость на денежном рынке с увеличением наличного оборота. Представитель банка отмечал, что часть бизнеса продолжает выводить средства в наличную форму, а другие участники рынка в последнее время предъявляли значительный спрос на ликвидность. На конец июля объём наличных денег в обращении достигал 20,9 трлн рублей, увеличившись с начала года примерно на 2 трлн рублей с учётом июльской динамики.
Одновременно представители ВТБ также говорили о «непростой ситуации» с рублёвой ликвидностью. Таким образом, вопрос доступности свободных средств сейчас касается не отдельной организации, а денежного рынка в целом.
На этом фоне особенно чувствительным становится сценарий, при котором отдельному крупному банку потребуется существенно увеличить объём привлечённой ликвидности. Чем больше средств перераспределяется через инструменты Центробанка, тем большее значение приобретают решения регулятора о допустимом уровне риска и проведении отдельных операций.
Для клиентов наиболее заметным последствием таких решений могут становиться ограничения конкретных операций. Сам ЦБ определяет банковскую ликвидность как средства на корреспондентских счетах, которые банки используют для расчётов между собой и через платёжную систему Банка России.
Регулятор уже применяет механизм точечного приостановления операций. Например, 21 сентября ЦБ направил ВТБ предписание о приостановлении определённых сделок и операций на организованных торгах в интересах отдельных клиентов. Аналогичное предписание в тот же день было направлено Сбербанку. Речь в этих случаях шла именно об отдельных клиентах и операциях на организованных торгах.
Поэтому вопрос о возможных ограничениях приобретает дополнительное значение: если финансовой организации требуется значительный дополнительный объём ликвидности, регулятор одновременно может усиливать контроль за отдельными направлениями её деятельности.
При этом финансовые показатели самого ВТБ остаются неоднозначными по динамике, но прибыльными в абсолютном выражении: во втором квартале чистая прибыль группы по МСФО сократилась на 33,6% год к году, до 92,6 млрд рублей, а за первое полугодие составила 225,2 млрд рублей, снизившись на 20%.
Именно поэтому возможное дальнейшее увеличение потребности крупнейших банков в ликвидности становится предметом повышенного внимания. Для клиентов ключевой риск заключается уже не только в финансовых результатах конкретной организации, а в том, какие ограничения регулятор и сам банк могут использовать для стабилизации операций при резком росте нагрузки.
В такой ситуации потенциальное ограничение доступа к отдельным операциям может оказаться значительно чувствительнее для населения, чем сами показатели банковской отчётности: для обычного клиента главным остаётся возможность получить деньги, провести перевод и беспрепятственно распоряжаться средствами на счёте.